Русский язык

Здесь работает правило причастий и отглагольных прилагательных, которое вы можете почитать выше, но с интересным историческим подтекстом.
Суженый (существительное) — это тот самый «обещанный» жених. Пишется с одной Н.
Суженый-ряженый, приди ко мне наряженный.
Суженный (причастие) — это то, что стало узким. Образовано от глагола совершенного вида сузить (что сделать?). Пишется с двумя Н.
суженный зрачок, суженная юбка, суженное пространство.

«Следующий» или «cледущий»?
Сложность написания слова возникает, потому что в устной речи букву «ю» не слышно.

Чтобы понять, сколько букв Н писать, нужно устроить допрос глаголу, от которого произошло слово. Всё держится на двух «китах»: виде глагола и наличии приставок.

Головная боль для многих, если судить по тому, как часто спрашивают об этих словах.
Есть такое понятие, как «лжевводные слова». Оно народное, придумали его не лингвисты, хотя в справочниках оно встречается. Возникло потому, что есть целый ряд слов, которые не относятся к вводным, но их частенько выделяют запятыми по ошибке.

Это когда дело идёт медленнее, чем улитка в отпуске.
Почему так говорят? Всё просто. Канитель — это тончайшая нитка, которой мастерицы когда-то украшали ткань. И эта нить не простая, а с характером.

С точки зрения логики — это абсурд. С точки зрения русского языка — обычный вечер на кухне. Почему частица «не» здесь внезапно перестает работать?

Все дело в том, на чем мы фокусируемся:

— «Чайник долго закипает» — мы фиксируем процесс. Он идет, но слишком медленно. Мы смотрим на само действие.
— «Чайник долго не закипает» — мы ждем результата. Нам нужен свисток или выключение, но этот момент всё никак не наступит.

В лингвистике это называют «избыточным отрицанием».

Сегодня «дойти до ручки» значит оказаться в критическом положении. А вот раньше ручка была не частью двери, а последним кусочком каравая, который оставался бедняку.

Если вы думаете, что разница между Москвой и Петербургом заканчивается на архитектуре, попробуйте купить «шаурму» на Невском или зайти в «парадную» на Тверской. Это классика, которая уже давно стала маркером «свой — чужой».

Язык — та ещё территория парадоксов. Бывает, слово веками носит одну маску, а потом внезапно решает, что теперь оно означает нечто противоположное. В лингвистике это называют энантиосемией. Разберем два примера.

В современном русском личные местоимения 3-го лица (его, её, их) — несклоняемые. Это принципиально. Они не имеют форм рода и числа в притяжательном значении и не образуют прилагательных. Поэтому норма выглядит так: его дом, её книга, их выбор — и на этом всё.

Конструкция «это про…» изначально чуждая русскому языку, прямая калька с английского this is about…. Особенно из рекламного, мотивационного английского, в котором about используют вообще без тормозов.
This movie is about love. This brand is about values. It’s not about money…
Там это нормально, потому что about изначально шире по смыслу, чем наше «про».

Главная роль скобок — изолировать побочную информацию, которая не входит в грамматический каркас предложения. То, что в скобках, можно мысленно убрать — и основное высказывание не разрушится:
Он вернулся вечером (гораздо позже, чем обещал). Без скобок предложение остаётся цельным и понятным.

В русском языке есть союз «чтобы», который мы используем постоянно. Но многие стремятся его разделить, чего часто делать не нужно.

Это не два слова, а один подчинительный союз.
Он отвечает на вопросы вроде «зачем?» или «для чего?»: Я учусь, чтобы понять правило. В таком случае разделение союза приведёт к изменению смысла или разрушению связи между частями предложения.

Если автора спросить, какую часть речи он не любит больше всего, то он скажет, что это наречие. Уж простите, но слишком товарищи душные даже для душного филолога. Но народ требует их разбор, поэтому придётся разбираться.

Форумы и соцсети пестрят неправильным употреблением этого слова. Используют его все, только жаль, что 70% совершенно не понимают, как же все-таки правильно!
Итак, в русском языке слова «вообщем» нет! Для понимания остальных версий, нужно прочитать значения слов, чтобы раз и навсегда разграничить их в своем понимании.