Даниил Туленков: Глава 7. Я же говорил

10 ноябрь 2023

Мальчик погиб самым первым.
И как бы нам не было страшно за себя, в первую очередь, его столь быстрая смерть потрясла нас всех.

Дом был весь окутан пылью от разнесенной стены. Её клубы, как дым, выползали в дальнюю комнату, где находился я.
Я только что проснулся буквально в огненном аду.
Стрелкотня кругом, во дворе разрывы, пыль, что-то где-то горит. Кто-то орет.
И всегда, сколько бы вас ни было, найдется кто-то, один, кто обязательно скажет: все, нам пизда....

Посмотрим.
Может да. А может и нет.
Maybe rain, maybe snow
Maybe yes, maybe no...

Одеваю бронежилет, каску. Со двора, через проем выломанного окна что-то прилетает, больно жжёт бедро. Крови нет, штаны целые. Видимо, раскалённый осколок прижег.
Узнаю характерные выстрелы за стеной, вернее за тем, что от нее осталось.
Брэдли.
Все, как я говорил.

У нас у каждого в жизни была ситуация "а я же говорил!". Но, положа руку на сердце, она всегда притянута к событиям постфактум.
Но не в моем случае и не сейчас.

Я говорил. Я ошибся только во времени.
Я сказал, они приедут в пять, а они приехали в 3-30. Все как они любят.
Внаглую подлетает Брэдли и высаживает десант, а группа поддержки подтягивается из лесополки.

Мы с мальчиком, стоя "на глазах" спалили их перемещения ещё позавчера. Лупили по ним с двух стволов. Подтягивали людей. Обстреливали кусты, где они собирались с разных точек.
Прибежал командир, орал: куда вы стреляете, там никого нет!
Ну, конечно, сейчас там уже никого нет.

На следующий день все повторилось. Лесополка за ними, они приходят и уходят, когда хотят. Выползают из своих нор и идут, мимо моих товарищей, тех, двух, что шли замыкающими. Они отпинали их тела с дороги, и они теперь лежат там. Может быть лицом в землю, а может быть лицом к небу. Вот они идут мимо них, по той дороге, по которой мы убегали на юг. Перед знаком Н-ка рассеиваются, расползаются. Они всегда рядом. Они все держат на контроле.

Поэтому наши выставляют "глаза" не только в домах на окраине, но и там, под знаком. Выставляют ночью, а днём их выкашивают кассетами и дронами. Там негде спрятаться, люди лежат под кустами буквально.

Вечером, перед тем как стемнело, через проем в стене я наблюдал ужасную сцену, как метится камикадзе в одного из наших бойцов, заползающего под дерево. Он ползет и из положения лёжа, в отчаянии бьёт по нему из автомата, дрон кружится, выбирая траекторию и с усилившимся визгом, режущим ухо, атакует. Яркая вспышка, взрыв. Но он рванул где-то в ветках. Может быть, наш и выжил.

Весь вечер вокруг творилось что-то непонятное.
Никакой информации у нас, засевших в этом доме на окраине Н-ки, нет. Нет понимания четкой картины.
Наша арта работает по полю с правой стороны.
Кто там, что там — мы не понимаем.

Один из взрывов подкидывает до высоты третьего этажа полчеловечка. Он летит, кувыркаясь, и машет ручонками, как крылышками.
Кто это? Мы не знаем. Как эти люди оказались на поле?
А что если это наша вторая группа со второго БТР, думаю я. Они прорвались, заняли окопы, сидели там сутки. Потом не дождавшись никого, начали откатываться, отползать через поле, вытесненные хохлами, и это сейчас их разделывает наша же артиллерия, приняв за противника.
Может быть все что угодно.

Когда стемнело, все подуспокоилось.
Но оттуда, из лесополки хохлов, кто-то кричит, зовёт на помощь на чистом русском языке, без хэканья.
Так зимой волки запускают на окраины деревень свою течную суку, чтобы одуревший от похоти кобель побежал за ней в темноту, где его ждут клыкастые разбойники.
Так и хохлы выманивают кого-то из нас чистым, рязанским говором.
Но меня они точно не выманят. Я-то знаю, что там, за знаком. Там смерть.

Это для моих новых товарищей все, что лежит к северу от Н-ки terra incognita. Но не для меня. Я оттуда пришёл. Прибежал.
Там, от самого нашего, уже, наверное, сгоревшего, разбитого БТРа и до этого знака - царство Аида, поглотившее двух моих друзей. Там враг. Там смерть.

И оттуда с полуночи прилетают снаряды из танка.
Выстрел, мгновенный прилет.
Снаряд из танка узнаешь по скорости, по ощущению мощи с которой он летит и врезается в землю.
Окучивают окраину села. Очень плотно. Снаряды ложатся прямо рядом с домом. Все сыпется, пыль через все щели проникает внутрь. Земля летит в выбитые окна.
Я только и успеваю что падать со своего наблюдательного пункта на пол, вжиматься в него, молиться что б пронесло. Потому что не выдержит наш домик прямого попадания, рассыпется в хлам.

Со мной в этой комнате мальчик и двое дагов, посланных на усиление. Даги классические, четкие. Красные мокасины, заниженная приора, вот это вот всё.
Дагам абсолютно насрать на танк и на все на свете, они покушали и спят в обнимку с калашами. Мальчика я тоже пожалел, и отправил спать.
Остался дежурить один.
Танк отработал боекомплект, теперь у меня будет небольшой перерыв.
Можно чуток расслабиться.

Я закуриваю и смотрю на часы. Два. Я должен дежурить до четырех, но внутренний голос говорит мне, что пост надо сдать в три. Рационального объяснения нет. Я просто понимаю, что так надо сделать.

Неожиданно в комнате становится светлее. Поднимаю голову и выглядываю в проем.
Где-то далеко висит, будто замерший, раскинувшийся на полнеба зеленоватый фейерверк. Рассыпаясь на кучу бесчисленных огоньков, медленно опускается вниз.
Это фосфор, догадываюсь я. Первый раз вижу такое, и это впечатляет. Не хотелось бы мне сейчас оказаться там, куда опускаются эти огоньки.

Но и здесь скоро будет не скучно.
Я это знаю наверняка, весь мой скромный опыт, знакомство с тактикой ВСУ говорит мне, что эти движения последних двух суток неспроста.
Утром, на рассвете, они атакуют при поддержке Брэдли.
Вот здесь, на выезде из села, стоит наша сожженная БМП.
Вот сюда, на этот пятачок они и выкатятся, разнесут в хлам все наши домишки и высадят десант.
А те, кто сейчас залёг там, в темноте, перед нашими "глазами", подтянутся.

На "глазах" нынче выставлены десять человек по обе стороны дороги. Участь их незавидна. Этот наш авангард попадет в самый лютый замес, под огонь с двух сторон. Мало кто выберется оттуда.
С вечера ещё я делюсь своими соображениями с командиром. Он только машет рукой, мол, не нагнетай. А между строк я читаю: много там про себя думаете, в штормах своих. Специалисты хреновы.
Ну, ок.

Тем не менее, делаю всё по своему.
В три я бужу старшего, говорю, что рубит сильно и надо мне немного поспать. Он с пониманием, потому что сам говорил, будет рубить, буди, сменимся.
Предлагает мне лечь в этой же комнате, место есть.
Но я говорю нет, пойду я туда, где раньше спал. И ухожу.

Надо поспать часика два, пока не приехали гости, думаю я.
Но поспать мне удалось в ту ночь только полчаса.
посмотреть все публикации и упоминания с тегами: Туленков Даниил
Помощь бойцам и мирным жителям Новороссии в зоне СВО Помощь бойцам и мирным жителям Новороссии в зоне СВО
Гуманитарная миссия проекта "Боевой листок" с 2015 года закупает, собирает, отправляет и доставляет своим транспортом грузы в республики Новороссии. Благодаря поддержке наших друзей и читателей мы оказываем прямую адресную помощь защитникам России и мирным жителям республик Донбасса.

Мы не собираем миллионы и сотни тысяч, последнее время закрыть возросшее число и объёмы поступающих заявок нам всё сложнее, кроме того имеем большие проблемы с нашим изношенным транспортом, его ремонтом и оплатой топлива, но благодаря Вашей поддержке продолжаем вносить свой небольшой вклад в нашу Победу!

Комментарии:

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
БоевойЛисток.рф » Даниил Туленков » Даниил Туленков: Глава 7. Я же говорил
БоевойЛисток.рф: свежие методички Русского Мира, Руссо пропаганда, Руссо туристо с гастролями оркестров, сводки с фронтов,
скрипты и скрепы, стоны всепропальщиков, графики вторжений и оккупаций, бизнес-патриоты и всякий цирк.
© 2016-2024. "Боевой листок". Россия. 18+. Мнение редакции не всегда совпадает с мнением авторов публикуемых на сайте статей.
Соглашение. Конфиденциальность. Оферта видео. Жалобы, вопросы и предложения направлять: boevojlistok@ya.ru